Год 1982-83. Приезжаем мы на работу в Кардиоцентр. Все приехавшие на автобусе тогда проходили через ворота, а дальше через широкую площадь по своим корпусам. При этом существовал и главный вход для парадных гостей. Он был этажом ниже относительно широкой площади.

Так вот, идем мы по площади и видим, как этажом ниже, у парадного входа, стоит сам Евгений Иванович Чазов с большим букетом роз. Нам стало интересно, кого это он там поджидает. Подходим мы к клумбе, откуда его лучше всего видно. Около клумбы стоят садовники в ватниках и с каким-то шанцевым инструментом. "Что здесь происходит?" - спрашиваем мы их. "Ничего не происходит. Проходите," - отвечают садовники совершенно не садовничьим голосом.

Тут подъехал лимузин, и из него вышел маршал Устинов.

Я вспомнил это, когда мы с Яшкой читали вчера восхитительную книгу Войновича "Шапка". Там, когда генерал армии Побратимов навещал любовницу,

...сначала перед домом появлялся милиционер-регулировщик, потом на двух «Волгах» прибывали и рассредоточивались вокруг дома какие-то люди, похожие на слесарей. В таких случаях, несмотря даже на капризы погоды, на лавке перед подъездом устраивалась парочка влюбленных. Они или пили из одной бутылки вино, или обнимались, причем он (так изображал мне дело Баранов) оттягивал ее кофточку и бормотал что-то в пазуху, где, вероятно, прятался микрофон. Затем появлялось такси, которое, высадив гражданина в темных очках и надвинутой на очки серой шляпе, немедленно укатывало.

Советский фильм «Поэма о крыльях» (1979) рассказывает о Туполеве. В конце его есть такая сцена. 

Хрущевская оттепель. Уже немолодой Туполев – Стржельчик приезжает на авиасалон в Париже. И тут ему сообщают, что здесь находится Сикорский. «Где он, я хочу его видеть!» - кричит Туполев и спешит расцеловаться с другом молодости. 

Туполев окружен огромной свитой. К нему все время подбегают и прерывают их разговор. В конце концов, друзьям не дают  договорить. Туполев извиняется и мчится решать неотложное дело. 

Сикорский – Яковлев грустно смотрит ему вслед и одиноко уходит, опираясь на палочку. Он никому не нужен и ничего в жизни не достиг. Вот она, страшная цена эмиграции…

Уважаемый levimem периодически разражается интересными постами об истории сталинского времени. (Посты на другие темы не менее интересны).

Недавно он обратил мое внимание на то, как повлияла Великая Депрессия на советский баланс экспорта и импорта в 20-30 гг. Я поискал и нашел интереснейший сайт: Внешняя торговля СССР за 20 лет 1918-1937. Статистический справочник. М. 1939.

Самые интересные данные я переложил в несколько наглядных графиков.

…Известно, что старый Рим точно так же смотрел на предков нынешних германцев и французов, как смотрят теперь представители "высшей расы" на славянские племена. Известно, что старый Рим третировал их "низшей расой", "варварами", призванными быть в вечном подчинении "высшей расе", "великому Риму", причем, - между нами будь сказано, - старый Рим имел для этого некоторое основание, чего нельзя сказать о представителях нынешней "высшей расы". (Гром аплодисментов.) А что из этого вышло? Вышло то, что неримляне, т. е. все "варвары", объединились против общего врага и с громом опрокинули Рим.

Отчетный доклад Сталина ХVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б) (1934)

<Писатель Алдан-Семенов> рассказал и две истории виртуального характера. Первая касается знаменитого акына Джамбула. Поэт этот таким, каким он публиковался на русском, никогда не существовал. А был создан молодым Алдан-Семеновым, получившим в 1934 от партии задание: найти какого-нибудь акына. Он и нашел. В собственной голове. Ибо понять без переводчика, что пел некто Джамбул Джабаев — нищий неграмотный казах, на которого указал председатель колхоза, было невозможно. Критерием выбора были бедность, множество детей и внуков. А пели там все: что вижу — то пою. После ареста Алдана это дело продолжили другие русские акыны из Союза писателей. Так и живут ныне его стихи — гордость казахской поэзии — своей виртуальной жизнью под именем виртуального поэта. А имя создателя-переводчика исчезло даже из академических исследований о Джамбуле.

Гузевич Д. Ю., Петрановский В. П. "Виртуальный" Гумилёв, или Аналитические воспоминания

 В 1938 году Алдан-Семенова арестовали. После десяти лет на Колыме он вернулся на материк и поселился в Казахстане. В Алма-Ату его не пустили, и он поселился в городе Джамбул.
 

В продолжение предыдущего поста. 

Вот национальный состав расстрелянных на Бутовском полигоне в 1937-38 гг, соотнесенный с национальным составом СССР по переписи 1939 года.

То же самое правило: группа риска - представители народов, у которых за границей есть своя страна. 

Вот как выглядит национальный состав ГУЛАГа в 1939 году, в процентном отношении к национальному составу СССР по переписи 1939 года.

Без особых сюрпризов. Абсолютные чемпионы - представители народов, у которых за границей есть своя страна.

Естественно предположить, что евреи в 1948 году были переведены в эту категорию.
 

Никак не могу отвязаться от этой темы. Теперь он меня обвинил в пропаганде нацизма - потому что я сравнил положение евреев в довоенной Польше с положением в Германии до Хрустальной ночи.

Но самый замечательный абзац я просто не могу не процитировать:

Неискренность этой позиции еврейских патриотов видна из того, что специфическая замешанность в Холокосте советского государства и общества (уникальная даже для Восточной Европы солидарность населения СССР не с жертвами-евреями, а с палачами-эсесовцами, демонстративное и провокационное позиционирование советской власти в новых провинциях как "еврейской", сознательный отказ от эвакуации населения и запрет самовольного беженства) всячески замалчивается.

То есть, понимаете, какие гады большевики: они провокационно не дискриминировали евреев и брали их на руководящие посты. Потому что знали - скоро придут немцы, и тогда немцам легко будет направить справедливый гнев народов в нужное русло.

Надо было им, как пришли в западные области, сразу еврейский погром повеселее устроить, тогда бы, конечно, народы отделяли евреев от Советской власти. Евреев бы спасали, а коммунякам бы вломили. Какие-то большевики не заботливые попались. Что с них возьмешь - преступный режим.

Ну, надо сказать, после войны они исправили многие недоработки.

Это был памятник Сталину в долгополой шинели. Но в 1956 году Сталин утратил актуальность, и памятник переделали: поменяли голову на Ленина, из правой руки убрали трубку, а в левую довольно топорно вложили кепку. В левой руке, похоже, не было никакого атрибута. Стандартный сталинский атрибут для левой руки - свернутые бумаги, видимо, символизирующие Сталинскую конституцию.

Не, знаю, какую символическую роль играет место, где стоит этот монумент - Ясная Поляна.




(фотография с  сайта http://community.livejournal.com/ru_lenin/53391.html, содержащего фотографии памятников Ленину по всему СССР)

(см. Памятники В. И. Ленину)

В советские времена существовало правило: по престольным советским праздникам все пишущие машинки должны были сдаваться в первый отдел и опечатываться. Видимо, это был пережиток двадцатых годов и альтернативных троцкистских демонстраций.

Правило сохранилось и в начале 80-х годов. К этому моменту во могих местах (и у нас в Кардиоцентре) уже появились компьютеры (в обход американского эмбарго) с принтерами. Отностельно принтеров, понятно, никаких инструкций не было, и их оставляли на месте. Но пишущие машинки аккуратно отвозили в 1-й отдел.