Интересно. Почему-то вся французская пресса в 1917-1918 гг называет большевиков максималистами.
До 1917 г. слово "максималист" встречается в газете "Le Figaro" дважды, оба раза по делу, при упоминании партии эсеров-максималистов. Один раз - при описании теракта на Аптекарском острове в 1906 г., второй - при описании суда над Татьяной Леонтьевой.
Она когда-то пыталась записаться в эсеровскую БО, но Савинков туда ее не взял по причине очевидной ненормальности, а посоветовал лечиться. А к максималистам, очевидно, такие как раз подходили. Леонтьева должна была поехать в Швейцарию и убить министра внутренних дел Дурново. Но вместо этого убила похожего на него парижского миллионера Мюллера.
А в 1917 г. максималистами начинают называть крайних революционеров, стремящихся к выходу из войны: Ленина, Троцкого... Большевики иногда упоминаются, но реже. То же продолжается и в 1918 г., хотя большевики уже упоминаются чаще. А начиная с 1919 г. максималисты забыты, остаются одни большевики.
То же Ngram показывает и про французские книги.
Это чисто французское явление, по-английски ничего такого нет.
До 1917 г. слово "максималист" встречается в газете "Le Figaro" дважды, оба раза по делу, при упоминании партии эсеров-максималистов. Один раз - при описании теракта на Аптекарском острове в 1906 г., второй - при описании суда над Татьяной Леонтьевой.
Она когда-то пыталась записаться в эсеровскую БО, но Савинков туда ее не взял по причине очевидной ненормальности, а посоветовал лечиться. А к максималистам, очевидно, такие как раз подходили. Леонтьева должна была поехать в Швейцарию и убить министра внутренних дел Дурново. Но вместо этого убила похожего на него парижского миллионера Мюллера.
А в 1917 г. максималистами начинают называть крайних революционеров, стремящихся к выходу из войны: Ленина, Троцкого... Большевики иногда упоминаются, но реже. То же продолжается и в 1918 г., хотя большевики уже упоминаются чаще. А начиная с 1919 г. максималисты забыты, остаются одни большевики.
То же Ngram показывает и про французские книги.
Это чисто французское явление, по-английски ничего такого нет.